Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

ryj_angel

2.11 - часть первая. Почему на банке с обувным кремом киви

Смотрела сегодня, отчего у мыла для седел про которое я вчера писала, название Kiwi и нарисована новозеландская птичка киви.

Оказывается, изначально компания была австралийской. Они в  1904 занялись выпуском средств для обуви, а 1906 г  придумали и начали выпускать крем для обуви, практически современного вида - нацеленный на полировку и блеск кожи. В те времена это был лучший крем для сапог в мире - он восстанавливал побуревший цвет, защищал кожу и  придавал блеск при полировке. Позже создатели добавили туда средств, позволяющих коже  сохранять эластичность и не трескаться, а также делающих обувь водонепроницаемой. Основатель фирмы поначалу сам загружал ящики с этим кремом в тележку и на лошади объезжал фермы, продавая  его фермерам.

Продажи в Мельбурне пошли очень успешно. Вскоре, кроме Австралии, обувной крем Киви стали  экспортировать в Англию, континентальную Европу и в Новую Зеландию. Первая мировая война способствовала взлету продаж и производства - австралийские, английские и американские солдаты пользовались этим кремом. Вообще армия с ее культом начищенности и  порядка самое то для потребления обувного крема, правда?

 И в старинных рекламах армейская тема часто упоминалась.


А после войны начали вовсю рекламировать средства для уходя за обувью всей семьи, не только фермерских спог или солдатских бутсов.
kiwi.jpg

В восьмидесятые годы фирму продали американцам, последний владелец на сегодняшний день - корпорация, производящая разную химию для дома  Джонсон и сын. И что интересно, вся линия ухода за обувью от Kiwi так и осталась самой популярной в мире - продается в 180 странах и  единолично составляет 53 процента всех продаж обувных кремов в мире. На американском и английском рынке почти полностью преобладает.

Я сбегала  в гараж посмотрела - У меня тоже  от них была бутылочка с жидким средством и губкой на конце. Хотя я уже сто лет обувь не чистила и не полировала. А в детстве очень любила! Папа мне давал свои коробочки пахучие и щетки. Но я вообще очень люблю все процессы, где одна поверхность сменяется другой - поэтому люблю глажку и окна мыть. А уж начищать обувь прекрасно укладывается в эту любовь.

Посмотрела, сколько у них всяческих средств теперь выпускается!  Надо, пожалуй с деткой обсудить и накупить, раз уж я узнала про такое - она очень любит ботинки и сапоги, ей пойдет. Это я круглый год хожу в сандалиях. Но там, где есть погода, люди наверняка продолжают обувь чистить, да?
ryj_angel

Владимир Богомолов и два его романа

Я дочитала свою растрепанную книжку "В августе сорок четвертого" Богомолова. Она была такой же увлекательной как и в юности. Быков утверждает, что это самый печатаемый и читаемый роман об Отечественной войне. Мне он в старые времена казался таким странным, что как бы маргинальным - не в плохом смысле, а в смысле - стоящим в стороне, мало известным из-за необычности. Но я думаю, те, кто читал, его не забудут.

Необычность его в том, что он как бы про суперагентов, только  советских. Не зевающих и простодушных неумех - а про высокопрофессиональных, точных, быстрых, выносливых, умеющих всякие загадочные штуки типа "качания маятника" и "стрельбы по-македонски". И я думаю, что меня в свое время (и сейчас опять) привлекла не приключенческость и не военность - а именно рассказ о профессионализме, высоком умении. Причем с обеих шпионских и контразведческих сторон

А нынешним взглядом я дополнительно увидела - целый пласт реальных документов - указаний, донесений, директив - очень интересно с точки зрения антропологии, как это у них было. И отдельно пласт пропагандистский. В советской юности было понятно - советское это же хорошо, те, кто борются против, да еще с помощью фашистов - однозначно "плохие" и их нужно давить. А сейчас я вижу - вот они - белорусы, украинцы, поляки, литовцы - им совершенно не улыбается быть принудительно втянутыми в советскую жизнь, они сражаются за свою независимость - не против "хороших советских" - а против грубого тоталитарного нажима чужих полусумасшедших фанатиков на коммунистической почве. И шпионы там  не немцы-фашисты, а вот эти русскоговорящие восточноевропейцы на своей земле, между прочим.

Ну разорить зажиточные хозяйства - святое дело, так еще и герои душевно прямо против "непманов". Один из героев ходит по базару - местность эта недавно отнята у Польши и  присоединена к советскому государству:

[Цитата]Андрею достался центр города и базар. Он ходил по улицам, время от
времени толкался по базару, присматривался ко всем военным, а заодно и к
гражданским, - ни одного похожего лица.
На базаре среди покупателей, точнее, покупательниц, попадались и
военные; но более всего там было крестьян.
В порыжелых домотканых маринарках, в платках, картузах и польских
форменных фуражках с лакированными козырьками, они теснились у подвод,
ходили по рядам, ко всему приценивались, покупали же мало, только что из
одежи. Слышалась русская, белорусская, а чаще польская речь.
Продавалась всякая всячина - от картошки и живых свиней до католических
иконок и военного обмундирования. На лотках торговцев-профессионалов
красовались сотни пачек литовских и немецких сигарет, самодельные пирожные и
свечи, конфеты, полукопченая колбаса и булочки; здесь же под яркой
заманчивой вывеской "Буфет. Обеды как у мамы!" продавали горячие блюда и
ароматный самогон - бимбер.
Частная торговля в освобожденных городах удивляла Андрея: он не мог
понять предпринимательства. Буржуи, как он представлял их по книгам и кино,
наверно, выглядели точно так, как эти сытые люди за лотками.

- Нэп, - авторитетно объяснял Таманцев. - Некоторое оживление частного
капитала и спекулянтов. Придет время, их так прижмут - небо с овчинку
покажется!..


***
История начинается с того, что неизвестные шпионы выходят в эфир из леса и передают неизвестную радиограмму куда-то. Дело в недавно освобожденной от немцев белорусской местности, которая недавно была оттяпана у Польши и еще в достаточной растерянности - Польша, советская власть, немцы, снова советская власть. Офицеры организации Смерш - смерть шпионам - буквально роют носом землю, пытаясь найти этих шпионов. В начале это вот такой крупный план - один передатчик, примерно двое шпионов и три контрразведчика их должны поймать тут между тремя селами. Затем камера отъезжает - и видно все более общую картину - вплоть до ставки главнокомандующего - как эта случайная одиночная радиопередача, оказывается, завязана в несравнимо более огромную ситуацию.Это я в юности тоже совершенно пропустила мимо.

История закручивается и сжимается до финальных "Малыш свалил Мищенко!" и условного сигнала "Бабушка приехала". И читала я ее с неослабевающим интересом. Тем более на кухню поставили столик для завтраков - под яркой лампой и стало удобно есть и читать. К тому же у меня теперь есть подставка для книг - вообще раздолье, руками можно не держать. На книге пятна от еды - еще из той старой жизни:)

А потом, дочитав, я пошла читать про автора и про сам роман. Автор загадочен, не давал интервью, мало про него точных сведений, только слухи - от того, что все он придумал, до того, что у него был редчайший документ, пропуск с тремя "К", который давал ему доступ к любой закрытой части любых архивов где угодно.

Быков посвятил ему лекцию в своем проекте "Сто лекций". Это проект о литературе 20 века - "Один год — одна книга — одна лекция. И так сто раз. С 1900 года до 1999." 1973 год как раз про писателя Богомолова и книгу "В августе сорок четвертого". ( я теперь знаю, что буду слушать за работой!). По ссылке там и видео и расшифровка лекции - я торопилась и прочла все словами.

Богомолов еще и автор рассказа "Иван", по которому Тарковский снял "Иваново детство". И Быков рассказал про последний роман писателя - огромный, напечатанный уже после смерти автора, "Жизнь моя, иль ты приснилась мне". И я  на волне старой книги, прочла еще и это. Сначала милого мужа замучала разговорами о смершевском романе, а теперь вот достаю историями из  этого. Начал Богомолов роман этот писать еще в семидесятые, планировал закончить к середине девяностых, но не закончил, и публикацию подготовила вдова - вышел роман в 2014-м. Быков утверждает, что это великий роман, еще недооцененный читателями - главным образом потому что автор его передержал - волна безумного интереса к правде прошлого уже схлынула. Я тоже думаю, что если бы он появился  в те времена, когда вся страна читала одним порывом "Детей Арбата" и "Белые одежды" - он быыл бы бомбой.

Я рассказывала как-то, что в юности заставляла себя смотреть и читать про войну - и чуть не заболела от бесконечной безысходной трагичности. Но  картина у меня составилась определенная и совершенно такая, как была оформленая легенда советская. Никаких нквд, конечно, лагерей и расстрелов там не было. Были прекрасные,  как с картинки, русские солдаты, которые в начале говорили мечтательно о доме и саде, а в конце их зверски убивали - и я прямо молила - не надо, не надо про сад рассказывать! Но при всей зверскости преоблада там романтическая нота. У Богомолова же меня поразила бытовая подробная картина, без романтических цветов и березок. В романе рассказывается про время после войны - вот май, только что война кончилась - и что происходит? Реально, бытово, что происходит с нашими войсками, которые в Германии? Эти люди продолжают быть военными, никто из них десятого мая не очнулся в своем саду - они продолжают служить - а вокруг Германия, поделенная на сектора между союзниками. И вот эта подробнейшая картина того, как это день за днем выглядело - с госпиталями, службой, подозрениями, угрозами, допросами, любовными трагедиями, блудом, венерическими болезнями, директивами, как именно любить "Великого и гениального руководителя" - невероятно интересна. Там множество опять же документов, вроде бы не впрямую относящихся к героям - бесконечные указы, директивы,  донесения, разьяснения - про все на свете. И история очень молодого героя - ему в мае сорок пятого девятнадцать. Он рассказывает о текущем дне и вспоминает прошлое - от детства до службы.

И это все читается не отрываясь! Во второй половине разворачивается картина  того, что было с людьми, попавшими в Германию, когда их стали возвращать на родину. Там же все - угнанные батрачить, взятые в плен, сидящие в концлагерях, ушедшие с отступающими войсками немецкими - перебежчики, любовницы, жены немцев и шпионы. И все это тоже не в романтическом беллетризованном стиле - а очень конкретно и подробно, что на бытовом ежедневном уровне происходило - как из собирали, размещали, перевозили, допрашивали. И их было страшно немало! - около шести миллионов! В общем,  как-то очень сильно это переделало картину войны из моего детства и юности.
ryj_angel

Я люблю бессердечных героев!

Посмотрела две серии четвертого сезона Шерлока, пошла посмотреть, что люди пишут, а там нет людей, только бесконечные перепечатки про украденную серию, которую призывают не распространять.

Посмотренное мне не понравилось. Collapse )
ryj_angel

Пинтерест парафото по понедельникам: воинственные лица

Это у меня специальное лицо и полный военный наряд - говорят оба фото:)

Это бабочка "мертвая голова", но в таком веселеньком, вполне улыбающемся варианте.
02_22_01
nature reminds us to be happy by job_earth on Flickr

Японское военное обмундирование. Я как-то рассматривала и зарисовывала в музее, как хитро цветные шнуры переплетают отдельные пластинки.
02_22_02
С сайта итальянского музея Stibbert
ryj_angel

Чтение любознательного сканера. Что за ракеты упоминаются в американском гимне

Интересное прочитала сейчас.
У френда увидела, что она попыталась учить американский гимн и бросила, возмущенная его милитаризмом, на строках:
And the rockets' red glare, the bombs bursting in air,
Gave proof through the night that our flag was still there;

( и красные отсветы ракет и бомбы, взрывающиеся в воздухе, доказали через ночь, что наш флаг все еще тут)

Я так понимаю, что можно воспринять так, что мы, американцы, вспышками ракет и разрывами бомб обеспечим, чтобы наш флаг был тут ( и там, и здесь). На самом деле это трогательная военная история войны 1812 года, когда англичане с кораблей атаковали американский форт на берегу и обстреливали его всю ночь. Без интернета, наблюдатели вдали не могли знать, погиб уже форт или все еще держится, и только при вспышках вражеских ракет все еще было видно неспущенный флаг над фортом. Потом атака затихла, в ночи было ничего не видно, но при первых лучах рассвета все увидели. что флаг по-прежнему развевался над фортом. И наблюдатель на холме в один присест из самого сердца написал стихотворение гордости за выстоявший форт и флаг его, как символ земли свободных и храбрых. Стихотворение это стало военной песней сначала ( типа " врагу не сдается наш гордый варяг"), а потом постепенно и гимном.

Но я понимаю, откуда может быть непонимание. Я далекий от войн человек, и мне было очень странно про войны времен Наполеона читать про ракеты и бомбы. А они, оказывается, были! Вот про это я начиталась.

Ракеты стали использовать индийские войска в войнах с Англией в конце еще восемнадцатого века!. У них были обширные ракетные бригады, которые запускали ракеты. А ракеты были тогда наподобие фейерверков сегодняшних. Цилиндр из кованого железа, туго набитый черным порохом, и привязанный к длинной бамбуковой палке. Ракету по специальному расчету, принимающему во внимание ее диаметр и нужное расстояние, ставили под углом, порох сзади поджигали и она взлетала. Дальность ее лета составляла почти километр, дальше она влетала в ряды противников и била их этим цилиндром железным ( примерно 4-8 см в диаметре и 20 см длиной), а так же хлестала и ранила бамбуковым хвостом.

У англичан тоже было подобное оружие, но их ракеты разрывало раньше, чем они долетали куда надо. У индийцев же был великомудрый султан, который эти ракеты изобрел и написал специальный трактат про их использование. После четырех войн в этих краях, англичане подобрали неразорвавшиеся ракеты и посадили своих специалистов в лаборатории, создать не хуже. Специалисты сделали ракеты толще и длиннее, вместо просто цилиндра железного, который долетал и молотил, сделали конусную головку, которая взрывалась и либо разбрасывала шрапнель, либо поджигала то, куда попадала. И давай их использовать в войнах начала девятнадцатого века.

Ракеты эти ( называющиеся по имени создателя, ракетами Конгрива) были очень ненадежные, летели неустойчиво и взрывались где попало. Капитан Мерсер писал про одно сражение 1815 года, что на дороге поставили металлические треугольники-подставки для ракет, потом их поджигали, они некоторое время елозили на месте, вертя хвостом, потом взлетали с шипением и огненным хвостом. Первая упала ровно под колеса вражеской пушке и взорвавшись, раскидала солдат. Остальные не были такими послушными. Большая часть из них пролетала половину расстояния, а потом вертикально устремлялись в землю. А одна даже развернулась и прилетела обратно и стала гоняться за капитаном, пока не взорвалась и, по его словам, представляла несравненно больше опасности, чем вражеский огонь.

Я бы никогда не подумала, что во времена " Войны и мира" были так современно звучащие вещи, как ракеты. Там еще говорится, что ракетные подставки поставили вдоль шоссе, что тоже меня поразило. В общем спасибо нечаянному разговору про гимн, я узнала целый кусок интересного про старые времена.
ryj_angel

Утопия со всеми удобствами

Мне тут siberian_cat подкинул ссылку на ЖюльВернонские "Пятьсот миллионов бегумы" во время разговора об утопиях. Я все давно хочу ЖВ опять почитать, уже взрослым глазом, а тут подвернулось - и я прочла.

Представьте себе, что на вас сваливается огромное наследство, таких как вы в мире человек двадцать. Что бы вы начали делать? А герой решил построить идеальный город с нуля и заселить его идеальными людьми. Поэтому мне повесть Женя подсунул как пример утопии:)

Дальше внезапно возник другой наследник - плохой, нехороший немец с мечтой подмять под себя мир. Деньги поделили пополам - и каждый - и мальчиш-кибальчиш и мальчиш-плохиш стали строить свой идеальный мир. Один- город-сад в Калифорнии, второй супер военный завод, чтобы застрелить весь город сад.

Книга такая вышла - смесь Робинзона Крузо ( как нам обустроить пустыню) с Чернышевским - с простодушными, прилежными, прямодушными и честными героями на службе человечеству. Даже верапавловна по именни Жанна там есть на периферии:)

Душевное чтение оказалось. Пожалуй, надо ЖюльВерна перечитать все-таки.
ryj_angel

Платить за бесплатное

Я всегда говорила, что совершенно не против того, чтобы мне не дали чего-то, но очень против того, чтобы отнимали то, что у меня уже есть. Оказывается, это вообще свойственно людям. Тут милый рассказывает мне интересную историю про донаты. Он каждый день мне рассказывает интересное и я, как страстный блогописатель, немедленно восклицаю - напиши про это! Но он все равно не пишет и я начинаю грозиться, что буду писать посты сама за него. Вот это такая история.

Американские военные, рассказывает он, очень не любят Красный Крест. Вот плохо к нему относятся, хотя ничего плохого сейчас им Красный Крест не делал. Не любят ветераны, а к современным военным нелюбовь эта перешла к ним по наследству, как в истории с теми обезьянами, которым что-то запрещали, потом подсаживали новеньких, и им объясняли про запреты, а потом уже сменялось все население клетки, никого не было из тех, кому запрещали, но новенькие совершенно ритуально и бессмысленно этого не делали.

Оказывается, во время войны, когда американские и английские войска стояли в Европе, у американцев были такие "станции комфорта" , куда они могли прийти, выпить кофе и съесть донат, помимо обычной казенной еды. И вдруг эти станции, организованные Красным Крестом, стали брать с них деньги за донаты. Очень небольшие, практически символические - но брать. И военные страшно возмутились. Прямо несоответственно тратам возмутились. А это было оно самое - сначала им "полагалось", а потом за это стали "отнимать" деньги. И они Красный Крест невзлюбили и так и не любят до сих пор. На вопрос о причине, отвечают: "донаты".

А Красный Крест сделал это по просьбе министра военного, хотя и неохотно. Потому что британский своим солдатам тоже давал кофе и плюшки, но сразу брал за это деньги. бесплатность одних и платность других плюшек вызывали напряжение между британскими и американскими солдатами. И американский Красный Крест стал брать свои десять копеек. А военные обиделись. Длилось это очень недолго, потом снова вернулись к старому порядку, и все остальные семьдесят лет с тех пор кофе и донаты бесплатные. А вот поди ж ты. Урон отношениям невосполнимый нанесен.

На самом деле ведь дело не в деньгах, дело было в смене парадигмы. До этого это было место, приближенное к "дому" вдали от него. Место, где тебе наливали кофе и давали маффин не за заслуги, не как полагающийся паек и не за деньги - как дома, где тебя любят и о тебе заботятся. Взимание даже копеечной суммы превратило это из "дома" в обычную постороннюю тебе забегаловку. Там был еще пример - вот типа ты пришел к родителям на традиционный ужин в день благодарения, там традиционная огромная индейка и всякие разносолы. А после обеда родители говорят: с вас по десять долларов. И ты остаешься в крайнем замешательстве. Десять долларов это очень мало, если это цена обеда, но с другой стороны мгновенно переворачивает домашний обед и превращает в непонятно что. ( Правда, думаю, что этот пример сходу и абсолютно понятно иллюстрирует аналогию для американца, а для россиянина не лежит нигде в культурных цельных образах и может не значить ничего - ну и что, трудно скинуться что ли?)

А смысл шире - если кто-то внезапно начинает брать деньги за то, что до сих пор было бесплатным, пусть остережется, ущерб, нанесенный отношениям, может быть невосполнимым.


А так выглядели эти станции с донатами и кофе:)

ryj_angel

Умытый Сирано


Сиричку купали и потом сушили феном, а чтобы слои длинной шерсти сохли, завязали ему хвостик. Сири стал мохнатым китом с фонтанчиком.
Collapse )
ryj_angel

Виноват, вы прямо сейчас хотите дискуссию открыть? к посту про ШЗ с Парфеновым

Прочитала все коменты к дискуссии о Парфенове.
Если мы возьмем два аспекта - моральных убеждений и построения беседы - а это два разных аспекта - то у меня два мнения.

Моральные аспекты дело сложное и очень времязависящее. Человек вправе иметь свои убеждения сам. Убеждения, ходящие строем, теоретически кончились вместе с коммунизмом. Поэтому, я считаю, если Дуне&Тане важно бить в колокол и напоминать о Гулаге даже в новогодних огоньках- они должны это делать. В смысле - они и должны. Другой человек - не должен. Может, хотелось бы, неплохо было бы, ни в коем случае нельзя! - это все мнения пожелателей. Но обязать его никто не может.

Мне лично везде требуемая гражданская нетерпимость надоела еще при коммунистах. И я-таки - да, за этнографию, за рассказы о мини-юбках и популярных шлягерах. Пусть будет все - кто хочет обличать - пусть обличает, кто хочет развлекать - развлекает, кто хочет исторически просвещать - просвещает. Главное - чтобы ничего не запрещалось, и каждый мог найти пищу, нужную ему.

Но один человек, даже если он работает в телевизоре, вовсе не обязан нести ответственность за все нравственное воспитание всей страны. Он может про мини-юбки рассказывать. А другие пусть про танки в Праге рассказывают. А третьи про "бороздят просторы вселенной". Сделать одного человека ответственным за все нравственно-политическое воспитание государства, мне кажется, странным.

То есть, кратко говоря - дуня с таней тоже в ящике - хотят жечь глаголом - пусть жгут. Не надо заставлять это делать других. В этом плане зрители могут принимать ту или другую сторону, я считаю, "правильного" в этой ситуации нет, есть то, что вам ближе.

Второй вопрос - построения беседы. И вот там я остаюсь на твердом своем - какую бы позицию не хотели донести ведущие, какие пласты вскрыть в госте - делали это они на редкость раздрызганно, бабски, неумело, истерически, просто задавив гостя базарным хаем. Выглядели дурами. Я могу аргументировать это свое мнение рассматривая любой фрагмент разговора. Горлопанство среди меня не засчитывается, только умная логика и умение аргументировать, а не передергивать.
Поскольку мне, в общем, даже безразличны гражданские убеждения обеих сторон, я бы с большим интересом посмотрела и на мастерское препарирование ведущими взглядом гостя. Но не стряслось с ними такого. Так что смотреть пришлось не на беседу, а на кликушеский базар двух дур.