Alika (rikki_t_tavi) wrote,
Alika
rikki_t_tavi

Categories:

Братишки и Аглая. продолжения графоманства. часть третья

1
2
К середине учебы я стала подозревать, что преподаватели наши либо не умеют учить либо сами не очень хорошо представляют правила, законы и методики научения. Хотя теоретически мы эти методики начали учить самым обширным образом. Методистка была дама с обширной грудью, в платьях джерси и с пронзительным попугайским голосом. На первых же занятиях она отчеканила формулу - вы не должны хорошо рисовать, вы должны хорошо преподавать, как рисовать.
Мы записывали бесконечные формулировки, изучали бессмысленные упражнения и все время пытались связать проведение линий с каким-то посторонними воспитательными задачами.

Братство наше пережило кучу авралов, списывания конспектов, Шура-Ветка притворно бранясь, все же делилась с "Ванькой" запасным чистым натянутым планшетом, я добровольно варила сосиски и делала чай, когда они за меня сочиняли тошнотворные тексты для курсовых по педагогике - все на той же тахте в комнате близнецов.

А потом я вдруг устала от них. От дурацкой игры в братишек, от притворятельства будто мы мальчишки, от делания всего вместе... У каждой из них были на меня какие-то планы, и предложение дать мне побыть одной обе восприняли тяжело. Анька внезапно обвинила меня в том, что я хвастаюсь успехом у мужчин, чтобы досадить ей и расстроить - я же знаю, что у нее никак не получается с Виктором с четвертого курса. С Виктором у нее был пылкий виртуальный роман. Каждый день она приносилась и говорила - боже, вчера я небрежно сказала в столовке, что не пойду на вечер импровизаций, он был там и сделал вид, что не слышал. А сегодня когда я зашла в дверь, он был у библиотеки, отвернулся и смотрел в окно, а потом достал тетради и просматривал. Из дверей вышла эта дылда Галина и он с нею ушел, потому что уже звонок прозвенел. Это он специально так отворачивался и с Галкой ушел - чтобы я ревновала, потому что он расстроен, что я не приду на вечер

Я была уверена, что Виктор даже не подозревает о том, что он выделывал такие хитрые маневры, чтобы дать Аньке что-то знать. Накануне я не выдержала и на перессказ Аньки:.. два раза посмотрел на меня у деканата, три раза делал вид, что смотрит расписание, но сам нарочно приходил, потому что у нас аудитория на этом этаже, один раз поднял мне упавший планшет... - добавила: и два раза сказал "проходите, проходите, тут дует"

Анька надулась. Тут на следующий день я объявила ей об уходе. Она ругалась, упрекала, выгнала меня из комнаты, а на следующий день объявила, что рыдала в своей белой горенке, пока у нее не поднялась температура до 39.

С Веткой сцена была не менее душераздирающая. Она пошла меня провожать и тоже начала плакать, нос у нее стал красный, коса растрепалась, что-то она говорила про то, что не была достаточно тактичной ко мне и внимательной. Я честно недоумевала, откуда взялись эти страсти. Мне стало еще душнее и тоскливее, хотелось сбежать все сильнее. Пусть бы они нашли наконец себе настояших "братишек" и немного разнообразили жизнь.

На свободе оказалось хорошо. Не нужно беспрерывно говорить, все время ходить толпой. Я побыла так совсем недолго и ко мне вдруг приблизилась Аглая. Ее внезапное дружелюбие пролилось на меня щедрым дождем. Она позвала меня делать совместный проект, идею для школьного театра марионеток. Мы резали черные силуэты, придумывали пейзажи. Я думала у Аглаи и постельное белье черное, но в комнате ее оказалось белье обычное, даже не белое - а с волнистым коричневым узором. Она снимала квартиру у какой-то своей тетки. У Аглаи было полно невиданных мною заграничных альбомов, с неожиданной графикой, со странными рисунками - то черепа летающие, то длинноногие девицы в разлетающихся плащах. На стене висели сложные акварели с тушью - сплетение труб, шнуров и раструбов и остроногие девы с цветами и ножами в руках.

Как-то она взяла меня в обед в компанию долговязых девиц, пока я ела салат и шницель, девицы пили только кофе и беспрерывно дымили. Они были модели из театра моды, очень стильные, стильно страшные и, кажется, кофе и сигареты составляли все их питание.

Я в ответ привела ее в театр, похваставшись, что могу ходить туда запросто. Тетя Рита встретила меня радостно, расцеловала в обе щеки, упрекнула, что я их бросила. И женщины из мастерской бутафории и медлительная модельщица шляпок - все меня помнили. Пока я болтала с осветителем Василием , Аглая медленно ходила по мастерской и отвечала на вопросы тети Риты. Интересная девушка, был приговор, странная, но что-то в ней есть. Я сказала - да она у нас суперталант считается, ей 19, а она может нарисовать все, что угодно!

Аглая, похоже с удовольствием ходила со мною, рассказывала истории из своей жизни - про какие-то невероятные приключения, ей ничего не стоило выйти в чем есть из дверей, купить билет на вокзале и поехать куда-нибудь в Новосибирск или Калининград, а там находились люди давашие ей кров и кормившие ее.

Так же внезапно и беспричинно, как Аглая со мной сдружилась, она меня и покинула. Однажды в том же кафе я увидела ее с длинными моделями, подошла весело со своей тарелкой, Аглая медленно повернула голову, холодно смеряла меня взглядом и спросила - кто тебя учил перебивать чужой разговор? Все девицы повернули ко мне свои журавлиные шеи и глядели как на подиуме - профессиональными ничего не выражающими лицами. Никто не подвинулся, чтобы дать мне место. Все было другое.

Я поела за другим столиком.
Через день ко мне в библиотеке, где мы коротали время. когда были окна в расписании, подошла Анька и сказала, что слышала, как Аглая громко жаловалась, что я пристала к ней, таскаюсь за нею везде и она не знает, как эта зануда не понимает, что Аглае неинтересно, скучно и невыносимо.

Я не знала, что и отвечать. Видно было, что Анька проводит параллели с собой, думает, что я унижена и оставлена и нуждаюсь в сочувствии - и так и быть, мне его могут дать.
Наконец я нашла слова. Ань, сказала я проникновенно, Аглая - это как заезжий цирк - там экзотические звери, женщина змея, двуглавый мальчик и силач Сандино. Ты смотришь, раскрыв рот, ты пытаешься дернуть за бороду волосатую женщину, удивляешься фокусам - но прекрасно знаешь, что это цирк, мейк-белив, иллюзия. Завтра они уедут - жизнь останется. Редко у кого цирк пересекается с жизнью. Вот Аглая - такой цирк с погремушками. Что она там про меня говорит - это те же погремушки, завывания труб с флажками и плакаты с завитками модерн.

Я не знаю, зачем ей взбрело в голову сближаться со мной, а потом разыграть эту утомленность. Но пародийность моей собственной ситуации была и неприятна и смешила.
Tags: fiction, hudgraf
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments