ходячие заметки-3
На Монпарнасе в бретонском квартале сплошные блинные. Начитавшись "Пяти четвертинок апельсина", я мечтала попробовать гречневых темных блинов. В блинной "Маленькая Джозелин", кухню которой один из ресторанных критиков в моем путеводителе назвал божественной, лампы прикрыты кружевными накидками,по стенам стоят старинные темные буфеты,а сосредоточенная женщина у окна на улицу на черных открытых цилиндрах жарит огромные блины. Принесли изумительно вкусные темные с кружевными хрупкими краями,сложенные вдвое занимают всю тарелку, внутри горячая начинка -ветчина,сыр и грибы. Оооо! Пошла рассказала ей, как мне было вкусно.
В Галери Лафайет этажи сплошного женского счастья - тканого, шелкового, пахнущего цветами и скрипящего кожей. Посередине над круглыми галереями возвышается огромный изукрашенный цветной и золотой купол. На каждом этаже на балкончике очень удобно уголки со стаканчиками и холодной питьевой водой.
Только в поезде из города обнаруживаю, что на каком-то этаже был гигантский раздел товаров для рукоделия и хобби. Обнаруживаю на карте. Где это было в действительности - осталось тайной.
Сквозь стекло первого этажа вижу, как восточный мужчина выгружает из большой машины трех тоненьких женщин в черном, открыты только глаза, две коляски,двух кудрявых одинаковых девочек в розовом и одну кургузую и некрасивую молодую женщину в штанах и черном платке, кругло вокруг всего лица. Девочек усаживают в коляски, вся процессия семенит в магазин. Я тут же дешифрую историю: три жены в паранджах, чьи-то девочки-двойняшки и служанка. Тонкие руки придерживают подглазную занавеску у горла - сквозняк. Проходя, обжигают глазами. Кажется, что там красавицы, говорим мы одновременно с деткой, поворачиваясь к друг другу.
Когнитивный диссонанс, повторяет детка новое выученное выражение. Угольные фигурки оживленно роются в сумочках и шарфиках. Зачем?????
Спустя час мы встречаем их на верхнем этаже возле вешалок модных дизайнеров. Платки уже сняты, руки перебирают вешалки с яркой одеждой. Одна расходится со мною в узком проеме - действительно красавица - тонкое лицо, как у лани, и жгучие яркие глаза.
Куча шляпок, минимальные представляют собой полупрозрачные листики на обруче, обтекающие голову, остальные - сооружения из тюлевой соломки и бантов размером с торт. И все мне ужасно идут. Я тут поселюсь.
Голуби на крышах размером с уток. Я нервно всматриваюсь в выпуклые грудки.
В Фонтебло в гигантском пруду плавают гигантские карпы. Я достаю круассаны, захваченные из дома. Карпы разевают гигантские рыбокитывые рты. Экскурсия из детей, сидящая на краю пруда, начинает любить меня с неистовой силой.Время от времени в глаза мне заглядывает нежная мордочка и деликатно протянутая ручка ждет кусочек отщипнутого круассана. У карпов и детей короткий и бурный праздник. Уходя, говорят так же нежно и деликатно: мерси, мадам. Карпы молча бурлят воду, но губастые пасти немо вопят: але, где була?????
В Галери Лафайет этажи сплошного женского счастья - тканого, шелкового, пахнущего цветами и скрипящего кожей. Посередине над круглыми галереями возвышается огромный изукрашенный цветной и золотой купол. На каждом этаже на балкончике очень удобно уголки со стаканчиками и холодной питьевой водой.
Только в поезде из города обнаруживаю, что на каком-то этаже был гигантский раздел товаров для рукоделия и хобби. Обнаруживаю на карте. Где это было в действительности - осталось тайной.
Сквозь стекло первого этажа вижу, как восточный мужчина выгружает из большой машины трех тоненьких женщин в черном, открыты только глаза, две коляски,двух кудрявых одинаковых девочек в розовом и одну кургузую и некрасивую молодую женщину в штанах и черном платке, кругло вокруг всего лица. Девочек усаживают в коляски, вся процессия семенит в магазин. Я тут же дешифрую историю: три жены в паранджах, чьи-то девочки-двойняшки и служанка. Тонкие руки придерживают подглазную занавеску у горла - сквозняк. Проходя, обжигают глазами. Кажется, что там красавицы, говорим мы одновременно с деткой, поворачиваясь к друг другу.
Когнитивный диссонанс, повторяет детка новое выученное выражение. Угольные фигурки оживленно роются в сумочках и шарфиках. Зачем?????
Спустя час мы встречаем их на верхнем этаже возле вешалок модных дизайнеров. Платки уже сняты, руки перебирают вешалки с яркой одеждой. Одна расходится со мною в узком проеме - действительно красавица - тонкое лицо, как у лани, и жгучие яркие глаза.
Куча шляпок, минимальные представляют собой полупрозрачные листики на обруче, обтекающие голову, остальные - сооружения из тюлевой соломки и бантов размером с торт. И все мне ужасно идут. Я тут поселюсь.
Голуби на крышах размером с уток. Я нервно всматриваюсь в выпуклые грудки.
В Фонтебло в гигантском пруду плавают гигантские карпы. Я достаю круассаны, захваченные из дома. Карпы разевают гигантские рыбокитывые рты. Экскурсия из детей, сидящая на краю пруда, начинает любить меня с неистовой силой.Время от времени в глаза мне заглядывает нежная мордочка и деликатно протянутая ручка ждет кусочек отщипнутого круассана. У карпов и детей короткий и бурный праздник. Уходя, говорят так же нежно и деликатно: мерси, мадам. Карпы молча бурлят воду, но губастые пасти немо вопят: але, где була?????