Alika (rikki_t_tavi) wrote,
Alika
rikki_t_tavi

Зигфельд великолепный и его знаменитые девушки

Флоренца Зигфельда не зря называли Лоренцо Великолепным шоу-бизнеса. Именно он в конце девятнадцатого-начале двадцатого века создал жанр знаменитых бродвейских шоу-мюзиклов. Это он основатель тех грандиозных постановок, где сотни красавиц, сияя украшениями, перьями и фантастическими костюмами, выходят на сцену - и зал замирает от восторга.

Отец его был создателем и президентом музыкального колледжа в Чикаго. Но юный Флоренц не умел делать ничего - не сочинял музыки, не писал текстов, не пел, не танцевал, не рисовал. Он родился гениальным импрессарио. Примерно так и было написано в его визитке.

Он принес терпкий вкус сексуальнсти с улиц на сцену, но обволок это такой роскошью и блеском, что на представления его ломились и мужчины и женщины.

Костюмы шились у лучших мастеров, блеск их затмевал все виденное дамами, и они каждый вечер прилежно рассматривали удивительные новинки. Мужчины же неистово хлопали красавицам из труппы. Зигфельд сам без устали разыскивал и хористок и солисток. Его детище называли коллективом из одних красавиц - ни одной некрасивой девушки не было в нем за все два десятилетия его шоу.

А началось все,когда для всемирной выставки в Чикаго отец попросил Флоренца ангажировать серьезных музыкантов из Европы. Вместо этого Зигфельд-младший привез комиков и красавца-силача Сандоу. Разгневанный отец остыл, узнав какой успех – зрительский и финансовый – получили представления, организованные его сыном.

Изъездив после выставки с туром всю страну, Флоренс задумался о покорении Бродвея. Но для этого нужно было придумать что-то оригинальное.

Анна

Зигфельд отправился в Европу, найти новую звезду своих шоу. Однако, все достойные исполнители были ангажированы. И лишь одна, недавно вернувшаяся на сцену после рождения дочери, певица была еще свободна. Зигфельд пошел на представление и был совершенно очарован.

Прелестная маленькая Анна Хелд с потрясающей талией в 45 см ( ей завидовали и сплетничали,что Анне пришлось удалить ребра, чтобы заиметь такую фигуру) исполняла игривые песенки в тщательно обдуманном соблазнительном костюме – укороченные юбки и большое декольте. Особую пикантность песням придавали ее большие, необычайно живые и кокетливые глаза. Анна вращала ими, завораживая публику. Позже предприимчивый Зигфельд даже выпустил постер с шестью разными выражениями глаз мадмуазель Хелд.




Анна утверждала, что родилась в Париже, но, по всей видимости, произошло это в Варшаве в семье бедного перчаточных дел мастера. После смерти отца Анна с матерью перебрались в Париж, оттуда в Англию. В детстве Анне пришлось зарабатывать деньги, чища и закручивая перья для шляпок. Знала бы она, сколько таких шляпок будет в ее будущем!

В 12 лет она поступила в хористки, потом стала получать маленькие роли с пением. Она упорно стремилась к сольной карьере. Вскоре ее заметили, и пикантная миниатюрная брюнетка быстро приобрела славу. Хотя критики находили ее несколько вульгарной, публика ее просто обожала. И во Франции и в Англии она была знаменитостью. Между делом она вышла за непонятного южноамериканца средних лет и родила дочь. Однако с мужем не жила и оставила девочку на попечение родни мужа.

Зигфельд сразу понял, какой успех ожидает его представления с такой эффектной исполнительницей и ураганом бросился на приступ. Он завалил гримерную Анны цветами, расписывал ей невиданную славу, предлагал ей гонорары в полторы тысячи долларов в неделю – и Анна сдалась.

Ожидания Зигфельда вполне оправдались. Он развернул невиданную рекламную кампанию, не было дня, чтобы в газете не появлялись фото обворожительной мадмуазель Хелд, и к тому времени, когда она эффектно появилась в роли призрака из шкафа в его музыкальном спектакле, публика была уже в радостном нетерпении.

Анна неизменно исполняла свой коронный номер – пела наивным голоском песню: « Я так хочу, чтобы ты пришел и поиграл со мной». При этом кокетливо выставленные стройные ножки, и прекрасные глазки, которыми она мастерски «стреляла» и закатывала, придавали простодушным словам оттенок пикантный и двусмысленный.

Успех на Бродвее был ошеломительным. После первого представления толпа поклонников на руках вынесла Анну к экипажу, выпрягла лошадей, и экипаж повлекли по улице восторженные зрители.

Вскоре Зигфельд и Анна объявили о своей женитьбе. На самом деле они не озаботились такой мелочью, как официальная регистрация, просто перед лицом компании своих друзей, произнесли семейные обеты, и с тех пор считали себя мужем и женой.

Зигфельд с небывалой энергией ставил для жены шоу за шоу. Постепенно они превращались не просто в сборник номером, а в спектакли с сюжетом. Поддерживая популярность Анны (и своих постановок) он не гнушался никакими средствами. Подговорил поставщика молока подать на него в суд, якобы, за неуплату, и весь свет узнал, что мадмуазель Хелд принимает ванны, наполненные молоком. Она даже дала интервью журналистам, сидя в такой ванне.

Зигфельд неустанно скармливал газетам истории то о том, что катающаяся на велосипеде Анна остановила понесшую лошадь и спасла от неминуемой гибели отставного судью, то о соревновании на рекорд по поцелуям.

Производители стали выпускать косметику и одежду под именем Анны. Зигфельд и тут умудрился сорвать хороший куш, продавая права на использование ее имени.


Газеты смаковали подробности их роскошной жизни. Анна потратила целое состояние на украшение их 13-комнатных аппартаментов в отеле «Ансония». Отделанные в голубых с золотом тонах, наполненные настоящим антиквариатом, картинами и скульптурами, с будуаром в стиле Людовика XIV – резная слоновая кость, атлас, кружева.

Анна восхищалась красотой американских девушек. И супругам пришло в голову ввести в представления ансамбль красивых, роскошно одетых девушек – не для того, чтобы они танцевали рядами или пели, а чтобы они просто украшали собой сцену и оттеняли восхитительную миниатюрную приму. И таких красавиц наняли, назвав «Девушки Анны Хелд». Это было начало знаменитых Зигфельдовских Фоллиз.

Вскоре Анна же подсказала после посещения французского Фоли-Бержер Флоренцу идею роскошных шоу с красавицами, музыкальными номерами и красивыми декорациями. Так родились знаменитые ежегодные представления Зигфельда. Первым было «Зигфельд Фоллиз 1906» Сама Анна не участвовала ни в одном из «Фоллиз», но коллектив красавиц первых представлений носили ее имя. С каждым годом шоу становились все роскошнее и изобретательнее.

Великолепный, неугомонный Флоренц с нечеловеческой энергией погонял авторов либретто, композиторов, дизайнеров, костюмеров, хореографов. И с этой же энергией ухаживал за красавицами своего коллектива. Его измены расстраивали нежную, преданную Анну. Бешенный, не скрываемый роман с взбалмошнойи прекрасной Лилиан Лоррейн, с которой Зигфельд не скрываясь показывался в лучших ресторанах и которую не постеснялся поселить в такой же прекрасный номер в Астонии, только тремя этажами выше, стоил Анне немало горьких слез.

Терпение ее иссякало. Потеря любимых драгоценностей, якобы украденных – но Анна подозревала, что кражу эту инсценировал Зигфельд, отчасти для возбуждения прессы, отчасти для покрытия своих карточных долгов – сильно подорвало ее доверие к мужу.

И наконец в 1912 году она подала на развод.


Билли
Возможно, в течение следующего года Анна тайно надеялась на примирение. Но надежды эти были разрушены в новогоднюю ночь с 1913 на 1914 г. Зигфельд встретил актрису Билли Бёрк.

В разгаре его бурных отношений с Лоррейн Флоренц отправился в клуб, на костюмированный новогодний бал. Лилиан, девушка разрушительных страстей, непрерывно устраивала скандалы. Так и в этот раз уже у дверей маскарада она взвилась, поссорилась с Зигфельдом и, развернувшись, исчезла в ночи. Раздосадованный Зигфельд, потерявший интерес к балу, переоделся из костюма бродяги в обычный свой элегантный фрак и безучастно стоял у подножия лестницы, спускающейся в бальный зал.

И тут на верхних ступенях появились и замерли эффектно на минуту необычные гости. Известный писатель и драматург Сомерсет Моэм и неизвестная Флоренцу прекрасная рыжеволосая девушка. Платье окутывало ее облаками розового газа, и к тому времени, как она достигла нижних ступеней, Зигфельд был непоправимо влюблен.

Странно, что они ни разу не виделись до этого, хотя оба были знаменитыми. Билли Бёрк была дочерью известного клоуна и выросла с мыслью о театре. К 18 годам, активно поддерживаемая матерью, Билли уже была звездой на театральной сцене Лондона. В 1907 году – когда Зигфельд выпустил свои первые «Фоллиз»- Бёрк приехала покорять Америку. С тех пор она играла в разных театрах с непременным успехом, гастролировала с турне и была необычайна популярна и востребована.

Зигфельд, как всегда, идущий к цели с сокрушительным упорством, подстроил так, чтобы в танцах он оказывался с неизвестной красавицей напротив друг друга, и танцевал с нею полночи.

Все последующие дни Флоренц осаждал Билли ухаживаниями, осыпал ее роскошными цветами, без приглашения явился в ее поместье Беркли Крест, где очаровал будущую тещу. Вскоре их роман просочился на страницы газет. И несмотря на все опасения за свою артистическую карьеру Билли приняла предложение Зигфельда и в апреле они поженились.

Билли никогда не выступала в шоу Зигфельда, она оставалась театральной актрисой. Но Зигфельд вскоре стал и ее импрессарио и менеджером и ставил параллельно со своими шоу спектакли для любимой жены. Роман ее с театром продолжался. Вдобавок она начала сниматься в набиравшем популярность кинематографе.

Билли полностью передекорировала аппартаменты в «Ансонии». Бледно-зеленые стены в гостинной с занавесями из такого же цвета тафты, мебель обитая чинцем с рисунком из белых и розовых водяных лилий, персидские и индийские ковры, позолота, фрески, гирлянды роз по белым стенам приемной.

Зигфельд же с упоением занялся устройством ее поместья Беркли Крест. Сажал голубые ели и розы, выписывал животных. В имении жили собаки, мартышки, детеныши лвов и тигров, голуби, курицы, бизоны и даже маленький слоненок.

Когда через два года у четы родилась дочь Патрисия, счастливый отец осыпал малышку подарками – украшениями, игрушками, одеждой. Он построил в имении два бассейна, в одном можно было плавать на каное. Вместо деревянного домика для игры, который раздражал его привыкший к элегантности и размаху взгляд, Зигфельд построил дочери маленькую копию дома Президента Вашингтона « Маунт Вернон». Там была гостинная, спальня, столовая, библиотека, крытый проход в кухню и сама кухня. Весь дом был обставлен детской мебелью, на маленькой плите на кухне можно было готовить по-настоящему.

Зигфельд работал неуемно, сочиняя и выпуская в год по гигантскому шоу «Фоллиз» и постепенно создавая отдельные спектакли-мюзиклы, которые тоже имели бурный успех.
Он приглашал к себе лучших комедиантов ( хотя недолюбливал их, но публика обожала), самых знаменитых и красивых танцовщиц и певиц. Честолюбивые бедные красавицы за пишущими машинками, кассами универсальных магазинов, швейными столами ателье и шляпных мастерских мечтали, что однажды к ним подойдет прекрасно одетый мужчина и произнесет заветное: « Я Фло Зигфельд. Приходите завтра к 11 часам по этом адресу».

Впрочем, так оно и было - и сам Зигфельд и его помошники без устали разыскивали новые лица для своей сцены. Если девушке везло – начиналась сказочная жизнь. Как говорил сам великолепный Фло: «я делаю свои шоу про богатых, для богатых и с богатыми людьми». Девушки на сцене должны были быть одеты не хуже чем дамы в партере, поэтому их платье шились у лучших модельеров, из самых дорогих тканей и мехов, и роскошно украшены. Туфли, жемчуга, перья – все было высшего качества. В зале сидели настоящие миллионеры, и после представлений девушек ожидали дорогие рестораны, шикарные шубы и бриллиантовые браслеты.

Как это влияло на юные головки, как складывались их судьбы, можно проследить на самых ярких примерах.

Лилиан

Лилиан Лоррейн, стройная брюнетка исключительной красоты, полуфранцуженка-полуирландка с юности не отличалась сдержанностью.
Зигфельд влюбился в нее мучительно, как отравился. Отсутствие хорошего воспитания, любовь к спиртному, беспорядочные любовные связи – ничего его не останавливало. Он поселил свою любовницу над семейным обиталищем. Она опаздывала на репетиции, была неумна, все время затевала скандалы, не сходила со страниц газет со своими выходками, связывалась с преступниками, напивалась до беспамятства.

Но ее безупречная фигура, кружащая голову улыбка, большие грустные глаза за один час наедине рассеивали все грозные мысли Зигфельда, и он прощал ей бесконечные измены, вспышки раздражительности и постоянные требования денег и драгоценностей. Зигфельд потратил на нее целое состояние.


Прекрасная Лилиан на представлениях кружила под потолком в специально построенной модели самолета братьев Райт, рассыпая розы над зрителями и распевая : «Выше,выше, выше, на моем аэроплане»

Она вышла замуж за отпрыска богатой семьи и то бросала сцену, то возвращалась в шоу. Флоренц прощал ей все. Муж ограбил ее и скрылся, был пойман и посажен в тюрьму. Лилиан так напивалась, что Зигфельд иногда разрешал ей играть, не вставая со сцены.

Узнав о его помолвке, она явилась в ресторан, где пара ужинала, в длинной роскошной шубе, требуя, чтобы Зигфельд немедленно вышел с нею поговорить, а не то она сбросит шубу, под которой нет ни нитки. Ее выставили из ресторана и насильно усадили в такси. Она умудрилась снять шубу и выкинуть ее в окно, в то время как потрясенный шофер увозил невообразимую пассажирку.

Роман с нею стоил Зигфельду брака. Поведение ее, кутежи и бесчисленные связи разрывали Флоренцу сердце.

К началу двадцатых годов она стала законченной алкоголичкой, жила на отшибе, повредила позвоночник, была почти парализована. Зигфельд переводил ей деньги, выслушивал по телефону ее жалобы и долгие рассказы. Но однажды сказал секретарше: « когда бы она не позвонила, меня для нее нет» Но до самого конца он хранил в ящике стола два великолепных рисунка, на которых она была изображена обнаженной, часто доставал их и горестно бормотал: Если бы она только не пила... Если бы не губила свою жизнь...



Мэрилин

Прелестную 19-летнюю блондинку Мэрилин Миллер Зигфельд увидел, когда она выступала в шоу у его соперника Шуберта. Голос у нее не был сильным, но неземная грация в танцеделали ее обворожительной. Эльфийское создание, бродвейская Павлова – так называли ее современники.

Зигфельд переманил ее к себе – и она стала одной из жемчужин его шоу. Воплощение юности, чистоты, свежего очарования внешне, девушка эта соединяла в себе несгибаемую волю, упорное трудолюбие, амбициозность и резкий до грубости характер.

Мэрилин стала звездой нескольких Фоллиз и отдельных мюзиклов, имевших шумный успех. Но неотразимое обаяние Зигфельда потерпело сокрушительное поражение в случае с Мэрилин. Фло пытался ухаживать за надменной красавицей, но она кидала ему в лицо подарки, захлопывала дверь артистической уборной ему в лицо и страшно с ним бранилась. Она работала в шоу Зигфельда несколько лет и все эти годы находилась с ним в состоянии войны. Мэрилин нравились молодые хорошенькие мальчики из кордебалета, Зигфельд, которому был уже 51 год, казался ей неподобающе старым.

Она обвиняла Зигфельда в домогательствах, рассказывала газетам, что он женился бы на ней в долю секунды, что в браке его держит только дочь, баррикадировала от него свою дверь. Вопреки его воле она вышла замуж за талантливого и красивого комедианта и танцора из труппы Фоллиз Френка Картера. Фло тут же вышвырнул его из труппы. Мэрилин швырнула ему в лицо очередной бриллиантовый браслет.


Однажды перед спектаклем ей позвонили и сказали, что Фрэнк разбился насмерть на своем паккарде в Западной Вирджинии. Мэрилин упала без чувств на руки Зигфельда. Придя в себя, она запретила кому либо разговаривать с нею до шоу, а при начальных тактах выпорхнула на сцену, и зрители видели сияющую нежную красоту, безмятежную улыбку, парящую легкость. В перерыве она рухнула на пол и рыдала отчаянно. А затем снова появилась на сцене – безупречная, воздушная красавица.

Так в войнах с Зигфельдом и оглушительном успехе на сцене прошли остальные годы ее жизни. Она еще раз вышла замуж – за очаровательного Джека Пикфорда, брата знаменитой Мери Пикфорд. Но развелась с ним вскоре. ( Джек был трижды женат – и все время на девушках Зигфельда) Воздушная и грациозная на сцене, сварливая и резкая за кулисами, трудолюбивая и упорная, она мужественно превозмогала проблемы со здоровьем – в начале карьеры неловкий партнер разбил ей нос и повредил пазухи. Она мучалась невыносимыми головными болями и иногда вынуждена была пропускать представления. А вскоре инфекционное осложнение после вынужденной операции привело ее к безвременной смерти.

Долорес.

Кэтлин Роуз получила имя Долорес от леди Дафф-Гордон. Английская аристократка с двойной фамилией, побывав в Америке, поразилась красоте американских дам и безвкусице их нарядов и вскоре открыла в Нью-Йорке свой модный салон под именем Люсиль. В качестве нововведений леди Дафф-Гордон придумала демонстрировать свои модели на живых манекенах. Для этого она отбирала красивых девушек и тщательно их муштровала. Кэтлин со своим высоким ростом и светлыми волосами, несмотря на неуклюжесть, чрезвычайно понравилась леди Дафф-Гордон. Люсиль дала ей имя Долорес и потратила целый год на ее воспитание. К концу года Долорес умела ходить, принимать позы и разговаривать, как герцогиня.


Зигфельд попал в салон Люсиль вместе с Билли, которая постоянно там одевалась. И пока Билли разглядывала новые модели, Зигфельд заприметил поразительных красавиц-моделей. Четырех из них он переманил к себе в Фоллиз. Сама Люсиль была приглашена делать костюмы для сцены. Это было взаимовыгодное сотрудничество. Люсиль создавала для шоу шедевры, а наутро после представления перед дверями ее салона выстраивалась очередь из дам, желавших непременно заказать такое же платье, как на звезде Фоллиз.

Долорес кроме великолепной фигуры, осанки и прекрасной походки не обладала другими талантами. Но она была подлинной звездой
той части шоу, где красивые девушки в ослепительных костюмах просто проплывали по сцене, царственно спускались по сияющим лестницам, замирали в живописных комбинациях, как экзотические цветы.

Долорес демонстрировала подлинный шедевр среди костюмов – знаменитый костюм «белый павлин». В атласном платье расшитом жемчугом красавица замирала как статуэтка, украшенная сзади огромным кругом-веером из прозрачной ткани с вышитыми перьями павлина.


В мае 1923 года Долорес села на корабль, отправляющийся в Европу. Зигфельд был уверен, что она вернется. Но он ошибся. В Париже Долорес вышла замуж за мульти-миллионера, спортсмена и коллекционера искусства Тюдора Уилкинсона. У нас не будет медового месяца, сказал молодой муж. Вся наша жизнь будет сплошным медовым месяцем. Новобрачные поселились в трехэтажной роскошной квартире, наполненной антиквариатом и духом Ренессанса.

Спустя 12 лет Долорес скажет в интервью: «Мой брак и мой дом теперь моя карьера. И я наслаждаюсь ими не меньше, чем карьерой на сцене»



А Билли Бёрк переживет мужа – блистательный Фло не переживет своего разорения в Великую Депрессию и медленно угаснет в 1932. Она будет расплачиваться с его долгами. А сама вернется в кино и будет долго сниматься – до семидесяти лет. В 53 она сыграет свою самую знаменитую роль – добрую волшебницу Севера Глинду в фильме «Волшебник страны Оз». Молодая, красивая, блистательная, в сияющей короне и пышном розовом платье она удивительно напомнит «девушек Зигфельда» - в роскошных декорациях, среди ярких огней сцены.
Tags: beauties, flo_zigfield, my_articles
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 26 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →