Разговорились с водителем убера в ЛА. Он услышал, как я тихо сказала детке что-то, и объявил - мы можем говорить по-русски. Оказался армянским дядечкой из Еревана. Там служил в полиции, дослужился до полковника, войны всякие пережил, а тут к шестидесяти оказался в Лос-Анджелесе. Как он попал сюда, я не спрашивала. Меня при слове "Ереван" сразу затопили воспоминания - я в детстве прочла где-то, что в Ереване все дома из розового туфа. И так это меня заворожило, что я мечтала побывать там и увидеть собственными глазами. Водитель при рассказе моем очень обрадовался и стал рассказывать, что это так и есть - и это очень красиво. Достал второй телефон (первый у него для работы и навигации), порылся и протянул мне. Там была совершенно прекрасная фотография - город откуда-то сверху снятый, то ли рассветное, то ли закатное солнце и все розовые улицы залиты золотым светом. Я поняла, что меня так зачаровала картинка в голове, что я никогда даже не пыталась посмотреть на фотографии города. И надо же, так и не повидав Еревана, уехала на другую сторону земли, а там мне показали эту картинку с розовым городом! Ехали мы долго, поэтому обсудили и религию, и войны. "Каталикос", оказывается, не означает католический, а имеет смысл "вселенский", "всеобщий". И он мне с гордостью рассказал ( а я этого тоже не знала), что Армения была первой в мире страной, принявшей христианство. Очень интересные разговоры вели. Он на вид такой спортивный, с военной выправкой и очень начитанный. Больше всего мне запомнилась история его сына. Сын этот с семи лет ни о чем больше не мечтал, не передумывал, не метался, а твердо знал, что хочет быть пилотом.Все игры были об этом, все разговоры. И вот он вырос и поступил в летную академию, где-то в Поволжье, как я поняла. И этим летом заканчивает... Еще в Новый год он был уверен, что это лучший год его жизни - он закончит академию и пойдет работать в авиацию, наконец-то летать на больших самолетах. И куда теперь пошли его мечты? К моменту его выпуска, авиация практически свернулась, многие полеты закрыты, персонал увольняют, самолеты разбирают на запчасти, чтобы латать те, что остались. И он въезжает в это с новеньким дипломом, без работы и практически без профессии. Отец опять порылся в телефоне и показал мне фото. Красивый высокий черноглазый мальчик. И мы дружно попроклинали всякие войны и пожелали провалиться тем, кто их начинает.