Каждый раз, когда я говорю сестрице о чем-то фетровом - всех этих шарфах или пальто, она болезненно морщится. Раз я не выдержала и спросила, что она имеет против этого шерстяного валяния. А ты, что не помнишь? - изумилась она и назвала имя ( которое я к тому моменту уже совершенно забыла, а теперь забыла опять:)) Неужели ты не помнишь эти гигантские грязные панно? И тут я вспомнила! В нашем городе была художница, которая в давние времена, когда из шерсти валяли только валенки, валяла большущие абстрактные панно. Иногда они были ростом в два этажа. Делались они все из той же валенковой черной шерсти, с добавлением грязно белого и чего-то тускло-цветного. На грубом черном волосатом фоне расползались какие-то кляксы, от них тянулись тоненькие ручки - то ли шлепнутые размазанные яйца с потеками нитей белка, то ли какие-то бактерии-протоплазмы с отростками. И все это, втоптанное в черный неровный фон, было ужасно некрасиво. Но она такая была одна и это была ее оригинальная техника, и у панно были какие-то космические названия. Теперь мне смутно мерещится, что она еще как-то дружила с коллективом цветомузыки. Сама она была небольшого роста,средних лет женщина, с очень решительным лицом и уверенностью, что делает большое искусство.И вот эти панно у моей сестрицы вызывали большую нелюбовь. Такую, что на долгие годы шерстяная нетканая поверхность у нее вызывает душевную тревогу:) А я думаю - боже, как же это недавно было - никаких тебе ровненьких прекрасных цветных волокон, никаких лам и ангор - гигантская шкура черного валенка. А вдруг она бы разошлась, будь на ее художественном пути все сегодняшние возможности?