Alika (rikki_t_tavi) wrote,
Alika
rikki_t_tavi

Categories:

Причуды счета

Заметила странную особенность в письмах Цветаевой  времен ее жизни во  Франции.
( Переходя под кат, вы подтверждаете,что у вас нет религиозных чувств по отношению к Цветаевой, и их невозможно оскорбить. )

Она убавляет себе года - где как, от двух до четырех лет.  Причем не просто так, указала, например, где-то - а активно пишет  об этом адресатам, с разными подробностями.

Я подозреваю, что повлиял на это ее "роман" с восемнадцатилетним сыном знакомых Николаем Гронским. Отношений, собственно,  почти нет. В начале 1928 г они много гуляют пешком, она восхищается его поэтическим даром, немедленно видит в нем все совершенства - от красоты до высших душевных качеств, он восхищается ею как поэтом. Они много переписываются, особенно, когда на лето Марина уезжает с семьей к морю. Накал ее чувств растет - и она придумывает, как перевести роман в физическую плоскость. По ее планам он должен приехать  в место, где она отдыхает, когда все разъедутся - уедет небольшая колония русских эмигрантов, отъедут в город ее муж и дочь, Марина останется с трехлетним Муром, который не должен помешать. В городе они только ходят пешком вместе, вокруг знакомые, родственники, муж опять же, негде. В дачном месте у моря есть где - сдать ему соседнюю комнату, снять ему комнату неподалеку. Марина начинает  фантазировать этот роман, описывать ему.

Чтобы у вас не было "опять этой проклятой неизвестности" - она конкретно собирается с ним спать, мечтает в письмах к нему, что в одну ночь забеременеет его сыном. А пока дает ему кучу поручений - он ловит ее кошку, дезинфицирует квартиру, покупает ей бусы, караулит ее гонорары, ищет ей книги.

Это вообще интересно. При том, что она постоянным рефреном повторяет, что никто ей не помогает - она не то, что легко просит помощи - она легко дает поручения даже малознакомым людям. Помните, нас удивляло, как Мур пишет своим немолодым теткам? - не просьбы, а  указания - сделать то и это, прислать ему то-то, ни в коем случае не перепутайте, вы, старая калоша. Это совершенно манера его матери. (  подробнее про это в другой раз)

Но при этом они должны соблюдать внешние приличия, от мужа она скрывает свои намерения и в письмах подробно инструктирует молодого человека, что ему говорить в присутствии мужа, как выглядеть, с каким выражением упоминать о предполагаемой поездке, какие причины выдвигать того, что поедет после сезона.

Она не отдыхает, а томится, ждет, когда лето пройдет и он приедет в сентябре, оставляет ему множество подробных инструкций - про билеты, деньги, комнату.

Это просто, чтобы вы представляли сюжет этого романа.

И в это время она всем пишет и рассказывает, что ей не  36 лет, а 33. С точки зрения молодого человека 18 лет, мне кажется, все равно - 33 или 36 - где-то там взрослая женщина, интересная, им интересуется, голубит и  хвалит. Но тут возникает одно осложнение. Преуменьшить свой возраст для выдающихся женщин - святое дело, окружающим ничего дурного, а ей приятно. Но у МЦ есть одна точка отсчета - в молодом возрасте она родила старшую дочь. Мур  родился у всей эмиграционной тусовки на глазах. А Аля родилась в России, никто при этом не присутствовал, никто не считает. Поэтому заодно с Мариной убавляются года и Але!

В 27-м она пишет знакомой - мне исполняется 33, а выгляжу я на 23, Але исполняется 14, а выглядит она на 16. Между тем, Марине исполняется 35 и Але, соответственно, 15. Она крупная девочка, большую часть времени толстая, как Марина умудрялась внушать знакомым, что ей на год-два меньше? Да еще писать возмущенно, что кто-то смел про нее такое сказать, что выглядит она на 16.

Это она пишет еще до романа с Гронским.  В 28-м она упоминает  уже больший разрыв в годах.  Почти в одно и то же время ей исполняется 36, ему 19, а Але 16. Но она пишет ему - десять лет назад я сидела в парке, мне было 23, Але три и какая-то женщина крикнула мне, что я вся седая.  - Вот на этом месте, кстати, я и удивилась в первый раз - потому что ей десять лет назад исполнялось 26, Але 6, как я помнила по книге Анастасии. Затем она пишет ему, что не годится ему в матери, потому что тогда ей нужно было родить его в 13-14, зачем-то подробно это пишет. Хотя на деле  разница их лет вполне материнская - 17-18 лет.

Пишет знакомым про его мать - что эта женщина более чем на десять лет ее старше, и у нее черные волосы. Разница в возрасте при этом у них не "больше десяти" ( сколько это? одиннадцать? двенадцать?) - а  всего восемь лет.

Все это ничего. Но каково Але? Ей шестнадцать - она гораздо более по возрасту подходит восемнадцати-девятнадцатилетнему молодому человеку. Но мать упорно стаскивает ее вниз. Аля заглянула в письмо на столе, возмутилась, что Г. пишет ее матери просто "Марина", сделала ему выговор, напомнила об отчестве и сама подписалась подчеркнуто - "Ариадна Сергеевна". МЦ в разговоре об этом пишет собеседнику, что нужно простить ей закидоны четырнадцатилетнего подростка.

Каково, интересно, было Але в возрасте, когда всем подросткам хочется быть взрослее, быть старше, быть значительнее в глазах окружающих, именно в том возрасте, когда в 14 девочка еще ребенок, а в 16 - девушка, играть эту странную роль? Ведь она должна была знать, сколько ей лет и когда она родилась? С другой стороны ее не отдавали в школу, и у нее не было отсчета классов от определенного возраста, дни рождения в тяжелые времена могли и не справлять, так что можно было  смутить память.

Интересно, сама МЦ помнила в голове - вот это настоящие цифры, а вот это я рассказываю людям? Или она в рассказы свои сама верила,  и никакого второго знания внутри у нее не было? Тогда почему у нее не было сдвинутой, но одной картины? Разница  с реальностью всегда плавала - от одного до четырех лет в ее рассказах. Но всегда очень четко назывались цифры и всегда что-то выразительное про них добавлялось. То есть в рассказах  цифра и ее окружающее почему-то  ей важны. И при этой точности и видимой важности - сама точность  совпадения с реальностью ей не важна.

Да, а конец истории с молодым человеком вы, наверное, знаете. В день отъезда к Марине у него стали расходиться родители, он остался. Побыть вместе ( и зачать нафантазированного МЦ ребенка) они не смогли. В городе было уже негде для близких отношений, запал исчез, они еще иногда встречались на следующий год,  уже по делам, потом совсем дружба затухла. Стихи, посвященные Марине ( как она считала) он перепосвятил своей невесте. Самую свою большую поэтическую работу ей даже не показал. А через шесть лет после неудачного дачного приключения он погиб на станции метро.

А она про него писала:

Лес: сплошная маслобойня
Света: быстрое, рябое,
Бьющееся, как Ваграм.
Погляди, как в час прибоя
Лес играет сам с собою!

Так и ты со мной играл.

( а Ваграм вовсе не армянский народный богатырь, а  сражение при Ваграме, австрийском селе, в котором  ее любимый Наполеон разбил австрийцев)


Tags: tsvetaeva
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 35 comments