Alika (rikki_t_tavi) wrote,
Alika
rikki_t_tavi

Categories:

Все врозь

Ася Цветаева в воспоминаниях своих очень старается вспомнить жизнь семейную с теплом и подобием уюта, но она вообще добрая и хочет видеть светлое - однако семья Цветаевых была развинченной и скорее несчастной.

Их мать через короткую жизнь пронесла свои собственные трагедии, неосуществленности и поражения. Ее мать умерла очень рано, в двадцать семь лет, оставив девочку на попечение отца. У Марии Мейн был талант пианистки - сильный, драматический, серьезный. Но на сцену пойти она не могла - время не то, этого нельзя было девочкам из хороших семей. Представьте себе талант не чижиков-пыжиков и романсы, а серьезного уровня - но выхода ему никакого нет, играть можно только в собственной гостиной, самой себе.

Задавленная возможность проявила себя и в том, как она относилась к музыке в жизни своих детей ( об этом будет позже).

В юности она полюбила страстно человека женатого, он тоже ее любил. Но жена его не дала ему развода. ( про " не дала" читайте тут - почему Анна Каренина не пошла в загс да не развелась, не спрашивая мужа). Церковный брак и пляски вокруг невозможности просто развестись очень часто всплывают в русской литературе, но современный читатель практически не ловит этих намеков, не восстанавливает действительности за ними. В "Дворянском гнезде" Лаврецкому не дает развода жена, и любящая его Лиза уходит в монастырь, в "Первой любви" отцу главного героя не дает развода жена, и он не может жениться на хорошенькой соседке. В "Живом трупе" у Толстого муж инсценирует собственную смерть, чтобы жена его смогла выйти замуж за любимого, то же самое происходит в " Что делать" у Чернышевского.

Так что мать сестер Цветаевых оказалась в совершенно безвыходном положении в отношении своей любви. В ее круге с женатыми мужчинами просто так не сходятся и не уезжают жить за границу. Она решает расстаться навсегда со своей любовью и выйти замуж за пожилого вдовца в двумя детьми, в надежде стать им матерью.

Но представляете женщину с сильными чувствами, дважды лишенную главного - любви к выбранному человеку и возможности профессионально заниматься музыкой. У нее тяжелый характер, она не ладит с падчерицей, очень давит своих собственных дочерей, она не выносит своей мачехи. Отец, которого она очень любила и с которым дружила, в конце жизни женился на ее гувернантке, пожилой уже швейцарке, недалекой, глупой, с миром, ограниченным душным мещанским бытом. И хотя девочки терпели приезды в дом Тьо, сама их мать старалась с женой своего отца не пересекаться, а он прямо просил Цветаева, чтобы тот никогда не позволял им оказаться вместе в одном доме.

Падчерица ее невзлюбила, не одобряла постоянных нападок, гнева и упреков в сторону девочек и защищала их как могла. Домашнее хозяйство мать вести не любила и не умела, и падчерица, Валерия, с горечью говорила, что ее отца всю жизнь так никто и не любил, и он не получал заботы и ласки в своем доме, работая на износ.

Отдельно тяжелым облаком над домом висела смерть - сначала первой жены Цветаева, красавицы, веселой жизнерадостной женщины ( она умерла мгновенно, в тот момент, когда шила крестильную рубашечку новорожденному сыну - оторвался тромб, закупорил сосуд в мозгу, настолько неожиданно, что окружающие подумали, что она просто упала в обморок) - потом и второй жены. Большой портрет первой жены царил над залом и каждый день напоминал второй жене, что не по ней тут тоскуют, не ее любили - она страдала и мучалась. Затем, когда она сама умерла от чахотки, отец заказал большую ее фотографию в гробу и повесил над диваном - чтобы девочки не забывали. И для них вся комната на годы вперед была отравлена этим страшным портретом, любимый прежде диван стал местом мучения. Но все молчали - никто не сказал из них, что картина неприятна, что фотография отравляет жизнь.

Обе сестры Цветаевых очень любили дом, где родились и выросли - любили страстно, как свое. Между тем дом был наследством старших детей, и достался бы кому-то из них. Но ни Андрей, ни Лера дома этого не любили, никаких особенных чувств к нему не испытывали. Лера вообще рано ушла из дома, жила отдельно, не хотела ничего общего иметь с семьей мачехи. Андрей рос красивым, но замкнутым в себе мальчиком. Он не открывался никому, не увлекался серьезно ничем, не проникался общим духом - выживал как мог, в своей раковине.

Ася любила Леру и утверждает, что в детстве Марина тоже ее очень любила, Лера была заступница перед матерью, с нею приходило в дом что-то легкое, веселое. Мать ее не любила - за возражения, за то, что у них не вышло сближения - даже за то, что талант ее музыкальный был другой - легкие пьески на рояле, веселые птичьи романсы. У матери же серьезная классическая музыка и суровые трагические русские песни.

В воспоминаниях сестры страшно разнятся. Ася вспоминает Леру тепло и ярко, называя старшей сестрой. Марина пишет " падчерица моей матери, институтка Валерия". Ася пишет про ее работу учительницей, революционные взгляды. Марина - "поступала туда, поступала сюда - в общем пропоступала всю жизнь". Валерия вспоминает сдержанно, но с неудовольствием про буйный нрав Марины, нежелание считаться ни с кем, странные выходки, не щадившие домашних ( то Марина в подростках дала брачное объявление в газетку и в дом профессора Цветаева стали ломится подозрительные личности, желавшие жениться на девице со средствами, то пристрастилась к рябиновой наливке, посылала за ней в лавочку, а выпитую бутылку выкидывала из окна на дорожку перед крыльцом, даже не думая проверить, не зашибет ли кого, то сдавала в ломбард постель Леры, пока ее не было дома, если понадобились деньги)

После смерти матери сестер Лера ушла из дома, ей совершенно не хотелось вести хозяйство в этом сумасшедшем доме и нести ответственность за непослушных подростков, она не хотела стать женской главой семьи в свои двадцать лет.

Марина ее видимо не любила, писала плохо ( несправедливо, как всегда сокрушалась Ася). По словам Аси, не называвшей подробностей, окончательно полусестры разошлись, когда Марина совершила какую-то сильную подлость по отношению к Лере, которую было невозможно простить. Лера порвала с нею отношения. Но Марина не только не почувствовала угрызений совести и желания просить прощения, но и просто возненавидела Леру, отметя все хорошее, что у них было с детства, и с этого момента упоминая сестру крайне неприязненно во всех своих текстах.

Асе очень хочется картины глубокой душевной близости между собой и Мариной, она старается описывать практически близнецов, но подробности тут и там это совершенно не подтверждают. Марину младшая сестра раздражала - она была хорошенькая, ее любила мать ( а Марину нет, Мариной восхищалась за способности, но никакой душевной любви и нежности к ней не испытывала), она была невыносимая пискля и хныкалка. Марина охотно объединялась с другими против сестры - с братом, чтобы дразнить и доводить младшую, с новыми друзьями за границей не жалея сестры, позволяла своим подругам в гимназии травить и издеваться над сестрой, доводя ее до слез и наблюдая со стороны. Не было ни у кого из них единства, общности "наши", которая на первом месте по сравнению с чужими. (Может быть только у Марины и Аси на короткое время вокруг первой Марининой книги - вместе гулять с одним и тем же другом, вместе вслух читать стихи.)

Шалости Марины не добры и не смешны в ее детстве, а во взрослом возрасте она часто совершала недобрые поступки из чистого удовольствия "гнусности", как она сама говорила.

Младшие дети ( все трое, с братом) ожесточенно дрались, каждый со своей специализацией - щипанием, кусанием и царапанием. И не в три годика - а еще и в 18 лет сцеплялись и начинали ожесточенно бить друг друга, кубарем катясь по полу.

Отца они любили полуотсутствующей любовью - как ласкового, но постороннего дедушку. Им было не о чем говорить, он рассеянно не понимал их интересов и надобностей, они практически ничем не делились с ним. Он делал для них все, мирился с их странностями и мало что запрещал - потому что не очень хорошо знал, как полагается воспитывать приличных молодых девиц в отсутствии женской руки. Поэтому и пили, и курили, и вытравливали волосы пергидролем и ходили к врачам, обсуждая возможность абортов, подростки Цветаевы, не ставя отца в известность. Я, кстати, думаю, это самое любящее, что они могли для него сделать - при его страшной занятости, при страстной преданности делу создания музея, подорванном здоровье, клевете и преследовании негодяев, и смерти двух жен.

Интересно, как у Аси в записках-воспоминаниях идут эти два потока - ее собственное любование семейным, любым намеком на него, любой возможностью нарисовать - и тем, что она фактически изображает, рассказывая о событиях - все врозь, все заняты своим, все центробежны. Марина не гонится за иллюзиями семейственности.

СТОЛОВАЯ

Столовая, четыре раза в день
Миришь на миг во всём друг друга чуждых.
Здесь разговор о самых скучных нуждах,
Безмолвен тот, кому ответить лень.

Всё неустойчиво, недружелюбно, ломко,
Тарелок стук... Беседа коротка:
- "Хотела в семь она придти с катка?"
- "Нет, к девяти", - ответит экономка.

Звонок. - "Нас нет: уехали, скажи!"
- "Сегодня мы обедаем без света..."
Вновь тишина, не ждущая ответа;
Ведут беседу с вилками ножи.

- "Все кончили? Анюта, на? тарелки!"
Враждебный тон в негромких голосах,
И все глядят, как на стенных часах
Одна другую догоняют стрелки.

Роняют стул... Торопятся шаги...
Прощай, о мир из-за тарелки супа!
Благодарят за пропитанье скупо
И вновь расходятся - до ужина враги.
_________________
Следующий кусок - через неделю
Tags: tsvetaeva, vospitanie
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 88 comments