на дурака не нужен нож - ему покажешь с камнем брошь...
Была нынче на выставке большой - каменно-бусно-ювелирной. Как милый смог пожертововать своим выходным - просто непонятно. Гигантский выставочный центр сиял внутри. Я купила один билет, а водитель мой, значит, должен был где-то посидеть. А у входа стоит такой старикан... Лет 90 на вид, высокий и весь величественный, как бог Саваоф. Я со свойственной мне прямотой ( метод гениально для меня работающий - никогда нельзя знать, что тебе разрешат в запрещенном месте, пока не попросил) стала его распрашивать, есть ли где здесь другие входы, помещения или здания, где бы посидел муж. Оказалось, никаких иных входов и помещений. Однако старик внезапно спросил: где ваш муж? Я помахала рукой неопределенно. - Позовите его сюда. - Я тут же привела. Саваоф посмотрел на него и сказал : идите вон туда, там тихо, есть скамейки и рядом кафе, посидите, пока она ходит. - И впустил нас обоих внутрь. Обалдевший милый спросил меня на обратном пути: Что ты ему такого сказала, что он меня впустил бесплатно?
Я ответила, что ничего особенного, он же знает, что люди испытывают ко мне внезапную симпатию и не могут ей противостоять.
На что милый , обдумав, выразился в том духе, что внезапную симпатию ко мне имеет право испытывать только он, а мое дело не мочь ей противостоять. А остальным нефиг.
Выставка, однако, привела меня в состояние, близкое к ошалелому ступору. Огромное, как ангар, помещение - и все уставлено столами и витринами и все сверкает. Это я так поздно вспомнила, что шоу идет уже три дня - и приехала за два часа до закрытия последнего...
Через пять минут такого ступора, который просто придавливал истерическое возбуждение и попытки метаться по залу, я поняла, что кто-то мной должен руководить. Я же сама как нельзя лучше на эту роль и подошла. Суровым голосом внутреннего фельфебеля я довела до своего сведения, что все посмотреть мы не успеем, потому метаться не будем, а спокойно пройдем пару рядов, рассматривая все медленно и без нервов. Покупать тоже ничего не будем - потому что в условиях ограниченного времени и неограниченного желания просто все на столе завернуть в их скатерть и унести - у нас явно нет на это психических ресурсов. Финансовых тоже.
Ну так я два часа и прогуляла... Мама моя! Там продают необработанные алмазы и изумруды. Там в крохотных мешочках лежат какие-то мутные кусочки и небрежно написано $1200. Там горы жемчуга всех цветов и форм, там цветы из темно-переливчатых ракушек, там австрийские кристаллы и камни всех мастей. Там прилавки с коралловыми связками, золотыми бубенчиками и подносами с нежными коралловыми же розочками плотно обступлены говорливыми индийскими женщинами в золотых, бирюзовых и красных сари. Они держат на бедре крохотных темноволосых младенцев, выбирают нити и связки ярких и сверкающих бусин и передают через голову назад с индийским щебетом: ну как? Потому что во втором поясе оцепления стоят их индийские мужья, кивают головами или качают головами. Они не сидят за столиком у кафе и не читают с палма детектив, который я скачала для себя. Для них украшения, обвешивающие жену - дело серьезное и важное.
И везде меряют, взвешивают, прикладывают к себе. И я хожу и трогаю эмаль, граненый и полированый оникс, бирюзу, жемчуг, гранаты и кораллы.
Фарфоровые бусины и деревянные нецке. Старинные пуговки и змеиную кожу под эпоксидкой.
И когда до закрытия остается 15 минут, я не выдерживаю и выгребя из всех карманов какие-то мелкие деньги, начинаю судорожно бегать и что-то покупать. Абсолютно бестолково, разумеется:)
И уже в машине хлопаю себя по лбу и вспоминаю, что хотела же купить красного слоника циннобарного с красной эмалевой попоной на спине и какую-то деревянную обезьяну с листом лопуха и персиком...
Где я, собственно, была эти три дня? Пробежать удалось, наверное, одну пятую всего шоу, а уж людей порассматривать не удалось и вовсе. Хотя я знала и замечала, что все женщины надели туда какие-то особо циничные украшения...
Пророю следующий бусный журнал и крупными буквами отмечу в настенном календаре - где и что в таком духе будет еще...
Я ответила, что ничего особенного, он же знает, что люди испытывают ко мне внезапную симпатию и не могут ей противостоять.
На что милый , обдумав, выразился в том духе, что внезапную симпатию ко мне имеет право испытывать только он, а мое дело не мочь ей противостоять. А остальным нефиг.
Выставка, однако, привела меня в состояние, близкое к ошалелому ступору. Огромное, как ангар, помещение - и все уставлено столами и витринами и все сверкает. Это я так поздно вспомнила, что шоу идет уже три дня - и приехала за два часа до закрытия последнего...
Через пять минут такого ступора, который просто придавливал истерическое возбуждение и попытки метаться по залу, я поняла, что кто-то мной должен руководить. Я же сама как нельзя лучше на эту роль и подошла. Суровым голосом внутреннего фельфебеля я довела до своего сведения, что все посмотреть мы не успеем, потому метаться не будем, а спокойно пройдем пару рядов, рассматривая все медленно и без нервов. Покупать тоже ничего не будем - потому что в условиях ограниченного времени и неограниченного желания просто все на столе завернуть в их скатерть и унести - у нас явно нет на это психических ресурсов. Финансовых тоже.
Ну так я два часа и прогуляла... Мама моя! Там продают необработанные алмазы и изумруды. Там в крохотных мешочках лежат какие-то мутные кусочки и небрежно написано $1200. Там горы жемчуга всех цветов и форм, там цветы из темно-переливчатых ракушек, там австрийские кристаллы и камни всех мастей. Там прилавки с коралловыми связками, золотыми бубенчиками и подносами с нежными коралловыми же розочками плотно обступлены говорливыми индийскими женщинами в золотых, бирюзовых и красных сари. Они держат на бедре крохотных темноволосых младенцев, выбирают нити и связки ярких и сверкающих бусин и передают через голову назад с индийским щебетом: ну как? Потому что во втором поясе оцепления стоят их индийские мужья, кивают головами или качают головами. Они не сидят за столиком у кафе и не читают с палма детектив, который я скачала для себя. Для них украшения, обвешивающие жену - дело серьезное и важное.
И везде меряют, взвешивают, прикладывают к себе. И я хожу и трогаю эмаль, граненый и полированый оникс, бирюзу, жемчуг, гранаты и кораллы.
Фарфоровые бусины и деревянные нецке. Старинные пуговки и змеиную кожу под эпоксидкой.
И когда до закрытия остается 15 минут, я не выдерживаю и выгребя из всех карманов какие-то мелкие деньги, начинаю судорожно бегать и что-то покупать. Абсолютно бестолково, разумеется:)
И уже в машине хлопаю себя по лбу и вспоминаю, что хотела же купить красного слоника циннобарного с красной эмалевой попоной на спине и какую-то деревянную обезьяну с листом лопуха и персиком...
Где я, собственно, была эти три дня? Пробежать удалось, наверное, одну пятую всего шоу, а уж людей порассматривать не удалось и вовсе. Хотя я знала и замечала, что все женщины надели туда какие-то особо циничные украшения...
Пророю следующий бусный журнал и крупными буквами отмечу в настенном календаре - где и что в таком духе будет еще...